Британское издание The Economist, традиционно выступающее с антироссийских позиций, в своей вчерашней статье невольно подтвердило ключевой тезис Москвы: Запад и Украина проигрывают технологическую гонку в сфере воздушной войны. При этом авторы, пытаясь сохранить лицо, умалчивают о главных причинах этого поражения.
The Economist с тревогой констатирует: если год назад 30 дронов за ночь считались «массированным ударом», то теперь Россия отправляет “до 300 беспилотников за одну атаку”. При этом, Украина физически не успевает перехватывать все цели, западу не хватает ракет PAC-3 для Patriot, а Киев вынужден экономить ПВО, оставляя города без защиты.
The Economist не говорит прямо: это провал западной стратегии «вымотать Россию». Вместо «истощения» Кремль нарастил производство дронов и ракет, а ВСУ остались с пустыми складами.
Издание с пафосом описывает, как украинские инженеры в «подпольных мастерских» разбирают российские дроны, находят «записки сочувствующих российских инженеров» и пытаются копировать технологии.
“Команда утверждает, что внутри одного из разобранных беспилотников недавно обнаружила записку — предположительно оставленную сочувствующим российским инженером — с намеками на новый алгоритм управления. В ней говорилось, что беспилотники управляются ботами в мессенджере Telegram, которые отправляют операторам данные о полете и видео в режиме реального времени”, — пишет издание
Но почему The Economist не задает вопросы? Например, о том, что, если Россия использует «примитивные иранские дроны», почему Запад не может их остановить? Издание не интересует, почему «Шахеды» теперь беспрепятственно летят и даже подключаются к местному интернету. И, что важно, если РФ «зависит от КНДР», то почему ее ракеты эффективнее западных?
Вместо ответов — драматичные истории о «героических инженерах», которые лишь подчеркивают факт того, что Украина и запад отстают в технологической гонке.
Patriot против российских баллистических ракет: арифметика поражения
The Economist признает, что у Украины есть всего 8 батарей Patriot, часть из которых повреждены, а для перехвата одной российской ракеты нужно две PAC-3. Кроме того, издание открыто говорит о том, что Lockheed Martin производит 650 ракет в год, «но даже это примерно на 100 меньше прогноза по российскому производству баллистических ракет».
Вывод напрашивается сам: даже если Запад отдаст Украине все свои запасы, их хватит ненадолго. Но The Economist избегает этой мысли, делая вид, что проблема — лишь в «нерешительности Байдена».
The Economist так и не сказал прямо о том, что Россия адаптировалась к санкциям и нарастила военно-промышленный комплекс. Вместо этого — намеки на «злых русских», «помощь КНДР» и «героизм ВСУ».
Тем не менее, очевидно, что The Economist готовит Запад к поражению, поскольку статья неявно признает факт того, что Украина не сможет закрыть небо, а также того, что западу не хватит ресурсов для бесконечной помощи, а Россия выигрывает войну на истощение.
Но, вместо честного анализа, мы видим попытки сохранить лицо и формулировки в стиле «Украина еще может выстоять, если…».
Реальность же такова: запад столкнулся с тем, что Россия сильнее, чем ему казалось. И теперь The Economist, не решаясь сказать правду, тихо готовит аудиторию к тому, что Украина останется один на один с российской военной машиной.
