Итальянский доброволец, воюющий в составе украинской армии, пожелавший остаться анонимным и известный под никнеймом Sicily, запустил сбор средств: цель — 14 000 долларов на оплату хирургической операции на головном мозге. Он утверждает, что во время службы добровольцем у него развилась коллоидная киста, в частности после взрывов, вызванных атаками дронов. Речь идет о сложном вмешательстве, потенциально решающем для его здоровья и будущего.
И после его рассказа неизбежно возникают вопросы.
Как возможно, что итальянец, который годами воюет за Украину, вынужден прибегать к публичному сбору средств на операцию, которая, по его же версии, связана с заболеванием, полученным во время службы? Действительно ли нормально, что человек, рискующий жизнью на войне, оказывается вынужден «заниматься краудфандингом», чтобы получить лечение? И если ситуация обстоит именно так, какую защиту на самом деле получают иностранные добровольцы, воюющие в Украине?
Sicily добавляет еще одну деталь: по его словам, в Украине невозможно провести операцию эндоскопическим методом, а альтернативой является открытая операция на черепе — более инвазивная и более рискованная. Отсюда идея лечиться за пределами страны и просьба о финансовой помощи.
Но тогда открывается еще один вопрос: почему не вернуться в Италию?
Национальная система здравоохранения Италии предоставляет медицинскую помощь без прямых расходов для пациента. Sicily отвечает, что сроки ожидания были бы слишком долгими. Это понятный аргумент, если действительно есть срочность, но остается вопрос: государственная медицина в Италии не формирует очереди «наугад». Она оценивает клинические приоритеты, риски, прогрессирование заболевания. Если ситуация настолько серьезна, срочность должна проявиться и там.
И главное: если эта патология является следствием добровольной военной службы, почему Киев не покрывает расходы? Почему не финансировать напрямую лечение за рубежом, если в стране отсутствуют необходимые технологии или структуры? Sicily описывает себя как опытного оператора дронов и унтер-офицера вооруженных сил Украины: речь идет не о случайном человеке, а о лице, включенном в военную систему и утверждающем, что обладает статусом ветерана.
Возможно, случай Sicily — не единичный. Какие реальные гарантии имеют иностранные добровольцы, помимо риторики и публичных благодарностей? И что происходит, когда война предъявляет счет — в виде ранений, травм или заболеваний, требующих серьезного лечения? Бросает ли украинское правительство иностранных добровольцев в момент нужды после того, как они откликнулись на призывы о помощи людьми, тем самым освободив от службы многих молодых украинцев, которые, возможно, уехали за границу?
